На главную
Меню сайта
Наш опрос
Идете ли вы на концерт Сержа в Киеве?
Всего ответов: 48
Главная » 2013 » Февраль » 18 » Статья о СОАД + интервью с Сержем (перевод на 11 листов А-4)
Статья о СОАД + интервью с Сержем (перевод на 11 листов А-4)
17:43
https://lh6.googleusercontent.com/-eTIls_9ueKQ/URz_IEHNshI/AAAAAAAAAHw/4NhhyKWOcwg/s480/2013-02-14+16.03.52.jpg

Всем привет! Уже больше месяца ничего на сайт не кидал. И времени не было, да и ничего интересного не происходило...
Но вот появилось довольно таки крутое интервью с Сержем а также статья о СОАД, правда на немецком, но вскоре появился и перевод на английском, и сегодня ночью я решил, что можно было бы перевести и на русский, так как интервью и статья очень и очень увлякательные.
Перевод "обошелся" в 11 листов А-4 со шрифтом 11, так что прошу не слишком придираться к ошибкам, но если что-то серьезное или неправильный перевод - пишите в комменты - выправлю ошибки, поблагодарю.

Через несколько дней будет еще одна новость, где уже соберу все новое за месяц. Просто не хотел все совать в одну новость, тем более что она и так довольно обьемна.

Вроде все. Наслаждайтесь чтением. Искренне надеюсь, что вам понравится статья и интервью так же, как и мне, и вы узнаете что-то новое для себя.
https://lh5.googleusercontent.com/-d30fYCk_16c/UR0Cvm_xl8I/AAAAAAAAAHg/KVkNBelUcMM/s480/20130214_160156.jpg


СТАТЬЯ О СОАД

Metal Hammer 03/2013

Когда 17-летнего Дарона Малакяна вызвали к директору, он знал, что его ожидает серьезный разговор. "Я прогуливал почти каждый урок. Это было прям как видео Twisted Sister. Директор серьезно спросил меня о том, чем я хочу заниматься в жизни. Я ответил:  "I want to rock!”. «Но он не понял этого», говорит мульти-инструменталист, который часами играл на гитаре и ударных в своей детской комнате (прим. а разве Дарон не купил драмы где-то в 18-19?Оо)
Дар реализовывать и развивать свои таланты была у него в крови (отец – художник, мать - скульптор). Он даже представить себе не мог, что увлечение в написании песен когда-то станет таким полезным в группе.
«Маленькая Армения» - таким было название восточной части Голливуда, и это был оазис надежд для семей, которые пытались бежать от нищеты. Одним из этих «беженцев» был Серж Танкян.


Пока-пока, Бейрут!

8-летний Серж пережил культурный шок, когда впервые ступил на земли Америки в 1975. Только вчера он был в центре стрельбы во время Ливанской гражданской войны, а сегодня он в столице гламура – Голливуде. Хотя вначале планы его дедушки и бабушки были другими: они бежали от геноцида армян в Турции во время Первой мировой в надежде найти защиту и безопасность в Бейруте.  Но прекрасный город с годами ставал местом битв религиозных интересов. «У меня мало воспоминаний о Бейруте, но я до си пор помню рассказы дедушки о том, как они спасались во время геноцида», говорит Серж. «Вся его семья была убита. Я рос, зная об этом, и конечно, это повлияло на мое мышление, так как оно с самого начала строилось на этих мыслях. Когда твой город побывал в бомбежке, ты уже подумаешь дважды перед тем, как собираться бомбить какой-то другой город»

 Армянское сообщество помогло Танкянам обосноваться в новом доме. Серж впитывал новые знания, как губка, и начал привязываться и чтить новую для него культуру. К  досаде учителей, его стремление к знаниям часто приводило к долгим дискуссиям касательно истории, так как у Сержа всегда была свое мнение, часто не совпадающее с мнением других. Он многое узнал о современной литературной современности Еллиота, подсел на политические и философские книги и начал переносить свои мысли в стихи. «Я был полной противоположностью Дарона, который слушал метал с самого начала, мои же музыкальные вкусы были сформированы под множеством  стилей. Я любил слушать музыкантов со всего мира, не было значения, откуда родом они были: с Африки, с Армении - я слушал все.» Серж также принимал участие в подростковой организации по Армянскому революционному союзу, которые боролись за сохранение армянской культуры и защищали интересы экспатриантов (людей, которые покинули свою родину, потеряли гражданство). «В это время у меня открылись глаза на то, каким важным была сплоченность и совместная борьба против несправедливости.»


Плохое предзнаменование

Пренебрежение школой, курение травки и горячий нрав – все это привело к тому, что у Дарона появилась нелестный ник. «Учителя просто называли меня Дамиеном» - смеется Дарон. «Так же звали парня с фильма ужасов «Предзнаменование».»  Его неприятели с улиц Лос Анджелеса быстро узнали о том, что ник этот не является надуманным. Несмотря на свое худощавое телосложение, Дарон не боялся выступить против парней «высшей категории».
«Мне все было похер. Если кто-то смотрел на мою девушки – меня переполняла злость и ненависть, если кто-то сказал что-то плохое о моих друзьях, то я тут же собирал компанию головорезов, которые были на две головы выше чем я, чтобы защитить друзей (прим. не уверен, что здесь правильно перевел, если что – пишите в комменты)», вспоминает Дарон о многочисленных драках. «Мне множество раз угрожали ножами и ломами. За то время, что я ходил в школу, я побывал на 3 похоронах и меня уже тошнило от драк.» Взамен, всю свою энергию и полет мыслей Дарон направил в музыку. Отчетной точкой можно считать посещение концерта Металлики в декабря 1988, когда на разогреве у тех выступали Faith No More. В то же время и Серж заинтересовался музыкой потяжелее. «Faith No More была моей первой рок-группой, которой я действительно заинтересовался», вспоминает вокалист, который изначально черпал вдохновение в  The Beatles, Alien Sex Friend и Bauhaus. "Позже я начал слушать Slayer и Metallica”. Так что в то время, как Дарон с детства «сидел»  на  Mötley Crüe, Серж пел армянские песни, которые учил от отца. После школы дороги наших героев также разошлись.  На 8 лет младший за Сержа Дарон продавал пылесосы и надувные замки (jumping castles), Танкян изучал маркетинг и экономику в университете и также разрабатывал программное обеспечение. Судьба должна была поднапрячься, чтобы соединить сердце и мозг СОАД в одно целое. (прим. фак, перевожу, как могу)))


В тени Терминатора

В Бурбанке (Калифорнии) есть не только штаб-квартиры Wald Disney и Warner Bros., но также и  Nightingale студии, где группы могут снимать помещения для репетиций. В 1993 многие музыканты с ближайших районов ездили туда в надежде найти участника в группу, или просто «поджемовать» вместе. Одним из них был Шаварш Одаджян, родившийся 1974 в столице Армении – Ереване, и в 5 лет переехавший в США. Шаво – как его часто называли – не хотел иметь никаких проблем, поэтому все свое внимание сконцентрировал на музыке и скейтбординге. «Моя мама хотела, чтобы я стал доктором, или юристом», вспоминает басист. «Она не хотела, чтобы я став одним их тех 99% людей, которые бросают все в надежде влиться в бизнес музыки, а в результате теряют все нажитое и буквально теряют жизнь.» Но было слишком поздно. Случайная встреча с Nikki Sixx настолько засела в эмоциях Одаджяна, что и думал о том, чтобы играть в группе. «Мы стояли на парковке около супермаркета, когда моя мама сказала, что парень на другой стороне улицы выглядит в точности как парень на моем постере», смеется Шаво, вспоминая события 1987. «И это действительно был Nikki Sixx, который вместе с  Mötley Crüe записал видео на "Girls Girls Girls”. У меня также был LP "Too Fast For Love”, подписанный всеми участниками группы.» Но Шаво также не мог устоять от влияния глэм-металла. Kiss и Def Leppard, Ozzy и Iron Maiden но также Deicide (прим.ахах, они 4 марта выступают во Львове (Украина)) и Cannibal Corpse повлияли на музыкальную мысль Шаварша, а также AC/DC, где его можно увидеть в клипе на песню "Big Guns” возле Терминатора. «Они неправильно установили свет», говорит Одаджян. «Я лучше освещен, чем Арнольд, поэтому выходит, что кадр занят мной, а не Шварценеггером!». Он был полной противоположностью своим будущим одногрупникам, так как у него не было практических муз. навыков вообще. Пока Малакян играл в группе Snowblind (нет, это не кавер-группа на Black Sabbath), Танкян играл на клавишных в группе Forever Young (не synthie-pop).  Но только в студии Nightingale прояснилось, что этот гений может еще и феноменально. Этой талант не мог остаться незамеченным  Дейвом Хакопяном, так же, как и импульсивность Дарона. К ним присоединился барабанщик Dingo и первый шаг в направлении к созданию СОАД был сделан. Название: Soil. Менеджер: Shavo Odadjian.


Музыкальная мастурбация

Одаджян организовал концерт в самом сердце Лос Анджелеса. Их выступление в Café Club Fais Do-Do не было плохим, но каждый осознал, где они находились. Хакопян и Динго покинули группу, так что ребятам нужны были басист и драмер на замену. Малакян буквально заставил Шаво взяться за бас-гитару. Шаварш до этого играл на гитаре, поэтому осваивание баса не доставило ему никаких проблем. «Сложно найти басиста, который не играл на большом шоу, и играл небрежно (прим. втф?)", говорит Шаво. «У меня много приятелей-басистов, у которых часто возникают проблемы с гитаристами. Я старался играть так, как думал, что должен играть в идеале басист.» Трое парней снимали репетиционное помещение на юге Голливуда и могли жить и наслаждаться своей изобретательностью в плане музыки. Каждый день к ним в репетиционную приходили люди послушать творчество их группы. «Это была музыкальная мастурбация, мы не особо волновались о самих песнях», говорит Дарон. «В музыке было что-то с прогрессивного рока.  И это стало нашим главным элементом будущего звучания.» В это время парни достаточно сильно сблизились. Но драмера подыскать было нелегко. Кто-то не мог приспособиться к их культурным влияниям, кто-то просто выпадал из общей картины. В конце-концов, они вместе решили, что их общий друг Ontronik "Andy” Khachaturian – также «американский армянин», как и все остальные в группе – должен занять место у драмов. В это же время они задумались о смене названия группы.

https://lh6.googleusercontent.com/-eTIls_9ueKQ/URz_IEHNshI/AAAAAAAAAHw/4NhhyKWOcwg/s480/2013-02-14+16.03.52.jpg
Мош на горе Синай

Ребята выбрали название одного из стихов Дарона в качестве названия группы - "Victims Of A Down”. Чтобы придать группе больше настроя на критику, они решили сменить «Victims» на «System». «Это болем сильное слово», говорит Серж. «Это не об отдельных индивидах, это об обществе в целом.» В этом случае они бы находились на полках муз. Магазинов рядом со Slayer, радостно подмечал Дарон.
Но на лайв-выступлениях все было далеко не так гладко.В группы без демо-записи не было никаких шансов. Но настырность Шаво, который до сих пор был менеджером System Of A Down помогла СОАД организовать еще одно выступление в легендарном The Roxy Theatre на бульваре  Sunset  без ска-групп. «Организаторы не могли знать о том, что у нас в то время было много друзей, которые привыкли «зависать» у нас на репетициях», улыбаеться Шаварша, вспоминая выступление 28-го мая 1995.175 поклонников СОАД на 40 минут превратили клуб в дурдом, организовывая «моши», мотая патлами на все стороны. А группа сама по себе выглядела, как сборище чудиков: драммер был полностью выкрашен в белый цвет, гитарист в Адидасе с заплетенными волосами, басист с "козлиной" бородкой и в "перчатках" и вокалист, который через свою бороду выглядел как будто он должен получить 10 заповедей на горе Синай.

«После этого никто не просил никаких демо, они слепо заказывали наши выступления», говорит Шаво. Но в последующий месяц они таки записали демки (такие песни, как: P.L.U.C.K., Suite-Pee и Sugar,которые также были на их первом альбоме) и у них появилось люди, которые смогли помогать им «за сценой».В 1997 они засели в студии вместе с Алексом Нюпортом (который стал известным благодаря работе с Fudge Tunnel и проектом Кавалеры Nailbomb)и записали такие песни, как Peephole, Know и War?. «Мы не хотели сделки насчет записи альбома», рассказывает Шаварш. «Мы просто хотели, чтобы у нас были поклонники.» Но они еще не знали о Фредерике Джее Рубине.


Grunt to sorrow

Энди Хачатурян некомфортно чувствовал себя за драммами. Вместо того, чтобы выкладываться за драммами, он хотел петь в микрофон – и у него возникли проблемы в связи с поломанной рукой, так что в середине 1997 они вновь начали поиск драммера. «Это было забавное время для СОАД», говорит Энди. «Музыка была очень ритмичной, но я также хотел петь.» Его место занял также один из американских армянов – Джон Долмаян, который играл намного жестче своего предшественника (в результате общая картина игры группы выровнялась, да и динамики прибавилось) и у него было довольно обширные музыкальные вкуси и навыки в связи с участием во множестве других проектов. И это отыграло очень важную роль: в то время их песни совмещали в себе элементи Mideast, влияния от балканской и русской цыганской музыки, вместе с анархо-панком, грайндкором и типичным американским трешом. И это заинтересовало Рика  Рубина, который увидел выступление группы в заведении Джонни  Деппа  «Viper Room». «Я достаточно сильно смеялся во время выступления этой группы», вспоминает знаменитый продюсер. «Они были абсолютно бесшабашными и звучали очень оригинально.» Полтора года парни отказывались от всех контрактов (даже от Roadrunner и Earache), но они поняли, что Рик Рубин настроен серьезно. Вскоре после этого чернила подписи уже были на контракте с лейблом Рика - American Recordings. «Множество великих лейблов говорили, что мы никогда не подпишем контракта», смеялся Серж. «Но музыкальная индустрия не имела никакого представления о том, чего дети хотели на самом деле.» Примером стал официальный дебютник  debuet СОАД.


https://lh5.googleusercontent.com/-3ZA37APCqDY/UR0Cu8ymlmI/AAAAAAAAAHo/i7di6JqaaFk/s480/20130214_160321.jpg

Муэдзины vs. фашистов

В конце 1997 группа вместе с Риком отправилась в студию Sound City в Лос Анджелесе, где записывались такие группы, как Neil Young, Grateful Dead, Nirvana, Rage Against The Machine и Red Hot Chili Peppers. Миксовал Дейв Сарди (известный своей работой с Nine Inch Nails и Slayer), а тон настраивала Сильвия Масси, работавшая с Tool’овским дебютником UNDERTOW. Пока музыканты зажигали в доме, Серж пошел домой к Рубину. Дом с ладана пробивался наружу, пока летал на старом кавре, забываясь в крике музыки, мурлыкал и пел песни муэлзинов, которые покрывали весь спектр сигнала (при. фак май брейн)
«Некоторые вещи были записаны в подвале того дома», вспоминает фронтмен. «Там были реально холодно и стремно. Сильвия повесила меня за ноги вверх тормашками и я в таком положении записал часть вокала."
Они закончили работу над альбомом в январе 1998. 13 металл песен с армянским акцентом не могли остаться незамеченными, и их даже не могли вписать в какой-то определенный жанр. Нью-метал? Да, но ведь они совсем не похожи на Korn или Limp Bizkit, которые также прославились в те времена. «Если ты захочешь удовлетворить запросы всех, то можешь даже не ожидать на хороший результат», говорит Танкян от имени всей группы. Текст альбома также не мог остаться незамеченным. Кроме политической критики, геноцида армян и отказа от войны, группа выбрала анти-нацистскую арт-работу художника Джона Хартфилда – который нарисовал ее в 1928 для немецких коммунистов – в качестве обложки.


Летящая на ковре бомба


СОАД провоцировала США на многих уровнях. «Вы можете найти здесь так много разных культур, и я бы хотел, чтобы они были повязаны между собой», разъясняет Дарон. «Проблема США в том, что их никогда не бомбили (прим. в самой статте: а он вообще слышал когда-либо о Перл-Харборе?... Прим. от меня:  Shut Up! Daron’s talking!=)). Стране должны были подобные проблемы, чтобы народ сплотился. Я вообще начал говорить со своими соседями только после одного землетрясения в Лос Анджелесе.»
Также запись СОАД превратилась в абсолютное зрелище.
Перед репетицией 30-го июня 1998 ребята прошли через самую тяжелую часть металл-бизнеса. 
«Также когда мне исполнится 80 и у меняч будет болезнь Альцгеймера, я все равно никогда не забуду о том туре со Slayer!», смеется Шаварш, пока гитарист подмечал, что он «пропустил немного пивка» в течении этиэ 18 концертов от Калифорнии, и до Канады, и по всему восточному побережью.
Радость от своей индивидуальной работы  помогла СОАд пройти все, что только можно было пережить. Запал публики, игнорирование проессой, тяжелые дни в дороге… «Музыка – это не только продукт, это часть самой жизни и индивидуальное выражение свободы», говорит Танкян. «Мы хотели показать, что в жизни есть идеалы, ценности и вещи, за которые нижно бороться!» Лучшим примером этого есть маленькая история с Ozzfest-тура 1998,когда СОАД выступали на одной сцене с Motörhead, Limp Bizkit, Megadeath и Tool. «Мы ехали за другими машинами на своем стареньком трейлере», говорит Долмаян. «Потом мы увидели дым, который исходил из машины. Мы были посреди нигде в Кентукки, с температурой в 40 градусов, и мы знали, что нас выгонят с тура, если мы опоздаем. Потом Дарон начал петь – мы все начали смеяться. Серьезно: это было лучшее время группы.» Песня, которую мы пели через весь бус, называлась «Это долгая дорога на вершину» ( "It’s A Long Way To The Top (If You Wanna Rock ‘n’ Roll”)).


Со сканов с немецкого на английский перевел Malakian с форума soadomized.com
С английского на русский перевел Sergio Varanitsa (daronserj.at.ua)

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
https://lh5.googleusercontent.com/-Km1tpF2pgPc/URz-5hU4jsI/AAAAAAAAAII/6MnLE3gdmm4/s480/2013-02-14+16.04.18.jpg

ИНТЕРВЬЮ С СЕРЖЕМ

Metal Hammer 03/2013



Дитя в монстре


Metal Hammer: Серж, что творится в голове 7-летнего ребенка, который живет в период гражданской войны?

Serj Tankian:Хмм… Я помню времена большого страха и ситуаций, когда все прятались под столами, пока вокруг взрывались бомбы. Каждый, кто хоть единожды бывал в подобной ситуации никогда после этого не поддержит бомбежку других городом. Многие умерли, частично даже от осколков и рикошетов. Школы были закрыты, правил хаос.
Для ребенка было достаточно трудно смириться с подобной ситуацией. Я даже не знал причины конфликта. Но я думаю, что на этот вопрос даже сегодня затруднились бы ответить большинство американских политиков.
 

MH: Вы бы назвали себя «дитя войны»?


ST: Нет, я бы так не сказал. Мы покинули Бейрут вскоре после начала гражданской войны. Есть много других людей, все детство которых прошло в этой ужасной ситуации. Но этот опыт во многом определил мою дальнейшею жизнь. Ливан и по сегодня является очень противоречивым и построенным на разных интересах. В прошлом году я посетил Бейрут со своими родителями впервые с того момента, как покинул страну (с  1975). Мы побывали в нашем старом доме, я посетил свою школу. Для моих родителей это было намного эмоциональнее, так как они больше связаны с этим местом, чем я. 


MH: Была ли музыка важной частью вашего детства?


ST: О да, мой отец обожал музыку. Он играл и пел огромное количество арабских и армянских песен, но также и европейских, особенно одну французскую. После переезда в США у меня были и другие источники для вдохновения: диско и соул-музыка, Стиви Вандер, или «Earth, Wind & Fire».


MH: В 2009 вы выпустили альом отца Khatchadour на своем лейбле Serjical Strike и вы вместе спели две песни на альбоме. Были ли проблема отца-сына из-за того, что формально вы были продюсером? 


ST: Хе-хе… это хороший вопрос. Нет, запись была сплошным развлечением. У моего отца никогда не было возможности стать профессиональным музыкантом, так как он жил в плохие времена. Хотя когда я думаю об этом, то у меня складывается впечатление, что сегодняшние времена не лучше.(смеется) Он стал дизайнером. После его выхода на пенсию мы как-то сидели в воскресение и обсуждали семейный альбом. Мой отец должен был сделать свою интерпретацию всех этих армянских народных песен, которые так много для него значат – конечно же я присматривал, так как хотел, чтобы все вышло как можно лучше. У моего отца настолько прекрасный голос, что людей пробирает до слез. Правда, действительно были очень эмоциональные моменты, так как на меня наплывали воспоминания детства.


MH: Какой была первая вещь, которую вы изучили об американской культуре, когда переехали в Лос Анджелес 1975?


ST: Такая, что у американского сыра довольно странный цвет. (смеется) Эта пастеризованная консистенция оранжевого цвета сразу же привлекла мое внимание. В начале я испытывал трудности, так как не умел говорить на их языке. Но вскоре я уже перегонял в знании английского своих одноклассником (прим. не уверен в правильности перевода). Я посещал армянскую приватную школу, так что это помогало мне привыкнуть ко всему.


MH: Как можно представить себе район «Маленькая Армения» в Голливуде тех времен?

ST: когда я только переехал туда, такого названия и в помине не было. Это был приятный район, и там случалось множество вещей, как приятных, так и не очень. Мы с братом пешком ходили в школу. В сегодняшние дни это не было бы возможным (прим. втф?)). Конечно, там было насилие, но далеко не столько, сколько мне уже довелось пережить за свою жизнь.

https://lh5.googleusercontent.com/-8Bf2jzUO6JI/URz-118pjFI/AAAAAAAAAH4/mOVZfFWar-k/s480/2013-02-14+16.04.56.jpg

MH: В подростковом возрасте ты стал участником молодежной организации Армянской революционной федерации. Ты в те времена хоть раз прибегал к жестким методам борьбы за что-то?

 
ST: Я верю в то, что люди должны объединяться, мне нравятся люди, которые жертвуют собою ради свободы, но я не думаю, что насилие полезно.


MH: Ты считаешь себя патриотом?


ST: В США есть ракеты с такими названием… Для меня это просто извращение какое-то… А в подростковом возрасте у меня были довольно таки сильные патриотические взгляди касательно Армении, так как геноцид был тем, чем я интересовался. Но я понял, что такой настрой не приводит к хорошим результатам.
 

MH: Ты никогда не выступал в Турции. Для тебя это было бы предательством твоих предков?


ST: Нет, но я бы предал себя, если бы выступил в стране, где я не могу высказать свое мнение. У СОАД есть очень лояльные поклонники там. Когда-то турецкое правительство  - по крайней мере таково мое предположение – пыталось очернить нас в прессе. Они писали, что мы сожжем турецкий флаг и обманем людей с билетами. Полная чушь – но мы конечно восприняли это серьезно. Мы разместили объявление  на нашей домашней странице об этом и немного прокомментировали это. Позже мы узнали, что турецкие поклонники СОАД пытались действовать и самостоятельно, выступив против прессы. Это было просто невероятно!


MH: Ты самый старший участник СОАД. В самом начале строения  группы ты чувствовал себя как будто родителем(наставником) остальных 3 участников?


ST: Нет, но должен признать, что в политическом плане я наиболее активный участник СОАД. И это было далеко не просто, особенно после 9/11. Я написал статью (под названием «Понимание нефти» - примечание редактора) о согласованности внешней американской политики, нефтевой индустрии и терроризме и заявился на шоу Ховарда Стерна двумя днями после теракта. Рекция была сумасшедшая и совершенно иррациональная. В то время вы могли видеть американские флаги буквально повсюду. Флаги были даже на машинах людей, которые и 3 слов по английски не могли связать, но ведь они боялись, что их действия сочтут как не патриотические. Я и до сегодня верю, что все, что я тогда написал является полнейшей правдой. Другие участники группы спросили меня, какого черта я делал на том шоу…. СОАД буквально выбросили со всех каналом и я чувствовал себя очень хреново и виновато. Это действительно что-то другое, что ты должен осознать для себя и нести за это полную ответственность. Все, что я мог сказать, так это то, что я хотел поделиться правдой.


MH: Но ведь социально-политические аспекты и являются главной темой СОАД, не так ли?


ST: Да, являлись по началу. Другие участники группы несколько лет назад также высказались по поводу тех событий. Но после 9/11 настроение значительно ухудшилось. Это было трудное время для всех нас.


MH: Можешь ли сказать нам о своих мыслях, когда ты узнал, что башни рухнули?


ST: Двумя днями ранее тех событий у нас была автограф сессия в  Virgin Records в Манхеттене. Иногда мы получаем подарки от поклонников и в тот день один солдат дал мне очень грустное письмо. Когда я был в Лос Анджелесе я сражу же прямиком позвонил ему, не скрывая своего номера телефона, что было довольно таки глупо с моей стороны. Я лег спать и на следующее утро мне позвонила моя девушка. Она сказала, чтобы я включил телевизор и что позвонит ему позже. То, что я увидел на экране, заставило почувствовать себя беспомощным и бесполезным. А потом позвонил солдат и буквально кричал мне в ухо. Он был совершенно не в себе. Я видел, как второй самолет врезается в башню и в ту же минути я должен был успокаивать солдата. Довольно странная ситуация.
 

MH: Были слухи, что после террористической атаки за СОАД следили CIA и FBI. Это были просто слухи?


ST: Я не могу с уверенностью ответить на этот вопрос. Если существуют файлы по Джону Леннону… то я не удивлюсь, если СІА действительно следили за СОАД… Причиной даже может быть то, что Турция является важным стратегическим партнером НАТО.


MH: Кроме соц.-политических аспектов, вы также популярны благодаря юмору в ваших песнях. Не удивляетесь ли вы порой на счет того, как серьезно некоторые поклонники воспринимают вашу лирику?


ST: Это в точку! Особенно в иннете вы можете наблюдать за тем, что некоторым песнями буквально присваивают какие-то темы. Для примера  "Jet Pilot” – был повязан с 9/11, хотя на самом деле это всего лишь песня о коне, который хочет управлять истребителем.(смеется)


MH: После дебютного релиза Дарон и Шаво признались, что написали множество песен после курения некоторых веществ. Играют ли наркотики какую-то роль в твоем творчестве?


ST: Случалось такое, что я под кайфом писал песни, но в большинстве случаев я был в себе, когда писал музыку. Травка может помочь тебе отдалиться от всего. Твоя голова буквально очищается от всего – но это не значит, что я сочинаю что-то особенное в эти моменты. На сегодняшний день я курю очень редко.


MH: Я лично очень люблю эту детскую непосредственность и радость в песнях СОАД, если вы понимаете, о чем я (прим. тупо перевел, но ладно..))


ST: Да, конечно! Музыка – это такой себе ветер, который делает меня счастливым. Мой творческий процесс всегда одинаков: я иду домой в студию, беру какие-то инструменты и играю, не думая ни о чем. Это не воспринимается мной, как работа, скорее, как забава. Я не знаю, воспользуюсь ли я тем, что написал, но в тот момент я о том даже не думаю.


MH: Большинство поклонников больше всего любят Toxicity. А есть ли у тебя еще какой-то любимый альбом?


ST: Да, Steal This Album! Toxicity полон шикарных песен, да и СД во многом помогло нам. Но STA может больше предложить нам со стилистической стороны. У него не было ни сингла, ни тура, и обычно мы даже не играем эти песни наживо. Это довольно грустно… 


MH: Были ли у группы какие-то недопонимания после твоей статьи о 9/11? Не поэтому ли в конечном результате распалась группа?


ST: Нет, я не думаю, что это была причина. Я не верю в то, что музыканты в группе вечно могут быть вместе. Возможно, мне следовало бы спросить об этом в Rolling Stones (смеется). У каждой группы есть свой срок истечения. Все, что группа создает после этого момента не является искусством.  Я не понимаю, как люди могут хотеть, чтобы что-то одно было вечно.


MH: Я думаю, что хоть одно подобное желание есть в каждом из нас на протяжении всей нашей жизни.


ST: Возможно. Но какой смысл искать что-то постоянное в таком непостоянном ритме наших жизней? (прим. золотые слова). Я никогда не причислял СОАД к группам, которые должны жить вечно.


MH: Начинал ли ты свою соло-карьеру в то время, как часть написаных песен были созданы для СОАД?


ST: Некоторые из них и есть на альбомах СОАД (смеется). Some of them are on System Of A Down albums in the course of time…(laughs) На самом деле, мне просто необходимо было начать свою соло-карьеру вдали от группы. В последние годы у меня появилась возможность делать столько замечательных но рискованных проектов, которые я не мог бы делать, будь я в группе. Сочинять по своему желанию и учитывать только свое мнение – это ощущение бесценно. В этом году у меня 3 релиза: джаз альбом, гангстер аудио драма и моя симфония ОРКА. Они между собой не похожи абсолютно ничем. Я настолько рад возможности так много экспериментировать! Но я знаю, что эта свобода выбора жанра не является такой уж обычной на сегодняшний день.

https://lh3.googleusercontent.com/-8ZxCPjMH4GE/URz-1bD5ZsI/AAAAAAAAAIA/08zM02sQACo/s480/2013-02-14+16.05.13.jpg


MH: Ты записал ОРКУ в прошлом году в Линце. Почему именно там?


ST: В 2010 году, во время тура «Elect The Dead Symphony» у меня была возможность поработать со многими оркестрами Европы. Различие каждого оркестра была поразительным. Итальянцы, к примеру, играют очень хладнокровно, в то время как русские играют в точности с листочка с нотами. Важен был также возраст: молодым польским музыкантам нужно было больше времени, чтобы выучить и отрепетировать материал, но они превратили выступление в настоящий рок-концерт.
Я решил записываться в Линце, так как  дирижер Werner Steinmetz невероятен и заодно является моим очень хорошим другом =). Да и сам звук потрясающий. ОРКА звучит как микс сауднтреков с классической симфонией. Был также моменты, которые напомнили мне о СОАД. Плюс ко всему, я не изучал классическую композицию, и я знал, что некоторые поэтому  настроены довольно скептически.


MH: В 2004 вы вместе с Томом Морелло (Rage Against The Machine)создали организацию Axis Of Justice. Но это не единственная паралель. Также Rage Against The Machine снова играют вместе, но речи о новом альбоме пока нету…

 
ST: Да, это выглядит, как будто у нас в Томом есть какие-то секретные планы (смеется). Axis Of Justice – это великолепная возможность для Тома и меня сконцентрировать наши политические взгляды. Временами мы можем создавать хорошие вместе с приятелями, к примеру с  Flea или Maynard James Keenan.


MH: Недавно ты переехал в Новую Зеландию. Это было твое последнее «fuck you» в направлении США?


ST: Я хочу разъяснить данную ситуацию: я довольно скептически отношусь в политике США, но мое мнение о самих жителях США совершенно иное. Я впервые посетил Новую Зеландию в 2011 с СОАД, мы играли на фестивале Big Day Out. У меня тогда была настолько четкая мысль о том, что именно там мне было так хорошо, как нигде больше в мире. Я влюбился в эту страну.


MH: Узнают ли там тебя на улицах?


ST: Конечно, но люди не просят автографы, а спрашивают, купался я в том, или ином озере неподалеку (смеется). Серьезно, там все совершенно по-другому.
 

MH: В 2011 ты получил награду от премьер-министра Армении за свою работу по признанию геноцида. Гордишься ли ты этой наградой больше, чем Грэмми, которое ты получил вместе с СОАД в 2006 за «B.Y.O.B.»?


ST: Мне не нравится слово «гордишься», но мне были очень приятны обе награды, особенно, когда ты даже не знаешь, кто именно голосовал за тебя. Награды всегда приятнее критики. Также как и комплементы.


MH: Ты называешь себя перфекционистом. В этом смысле ты обречен на неудачи?


ST: Да, это так. Я монстр, если разговор зашел о деле. Каждый день у меня где-то 10 дел в моей списке, которые я должен сделать. Если я сделал 9 из 10, то меня ждет бессонная ночь. Это довольно неприятное чувство.


MH: Согласно факту, у СОАД будет тур в 2013. Ты бы мог что-то сказать человеку не музыканту, где граница между «играть вместе» и «сочинять вместе»?

ST: Вы не можете сравнивать эти две вещи. Мы не играли на сцене вместе на протяжении 6 лет. В последние 2 года мы сделали маленькое мировое турне. Так в чем же заключается этот большой шаг? Должно быть принято решение, чтобы пойти в репетиционное помещение вместе. Но это пока еще не обсуждалось. Пока все витает в воздухе…

Со сканов с немецкого на английский перевел Malakian с форума soadomized.com/whorehouse
С английского на русский перевел Sergio Varanitsa (daronserj.at.ua)

Просмотров: 2098 | Добавил: SerjDaron
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Для Вас и о Вас
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | | Регистрация | Вход
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн: 1
Чужих: 1
Своих: 0

Copyright MyCorp © 2017

Хостинг от uCoz